| Аморалес | Дата: Суббота, 29.10.2011, 06:18 | Сообщение # 173 |  Генерал-майор Группа: Администраторы Сообщений: 230 Награды: 57Репутация: 93Статус: Offline | POV / Ирина
Странное предчувствие. Ожидание чего-то, до конца ещё не пОнятого. Может быть разочарования или страха. Даже несмотря на то, что я запрещаю себе надеяться. Запрещаю даже думать о том, чего же мне хочется на самом деле, но... Всегда есть это дурацкое "Но".
Сомнения, как скопище мух над мусорной кучей, — роятся беспрестанно, назойливо, раздражающе. Сколько не отмахивайся. Кажется, что они вытягивают силы жадно и без остатка. Ненавижу. И от того устаю ещё больше. Устаю бояться, строить догадки, не надеяться и... Ждать. Это и есть любовь?
Если так — я не понимаю её прелести.
Неделя. Этого мало, чтобы разобраться в себе. Мало, чтобы понять тебя. Мало, чтобы расставить приоритеты. Действительно ли Денис мне так необходим или это не больше, чем запоздалый пережиток ребячества? Желание заполучить экзотическую игрушку, во что бы то ни стало. Не потому что нравится, а чтобы другим не досталась. Ника тоже хочет? Перехочет. Такая будет только у меня...
Чувствую себя жалкой... И ненавижу. Ненавижу тебя за это. Это твоя вина.
Школа. Подъем в семь утра, ежедневные часовые сборы — марафет, все дела... Ради того, чтобы придти и понять — сегодня ты снова не пришёл. Почему?
Премерзкое чувство, словно увязла в зыбком болоте. Одним махом и по самое горло. Вся эта компания. И Вика. Я уже ничего не понимаю. Привычные поступки, улыбки, приветствия. То на что обычно не обращаешь внимания. Но почему-то теперь приходится прилагать нечеловеческие усилия лишь бы не выделяться из общей стадной массы. Лишь бы ни у кого не возникало ненужных вопросов. Лишь бы не слышать "Как ты?", "Всё в порядке?", "Ты странная какая-то. Случилось что?"... Разные вариаций, но по сути один и тот же вопрос. И... У меня нет ответа.
Нет ни Глеба, ни Андрея, ни Вики. Один только Пончик исправно ходит в школу, как прилежный ученик. Я вижу его временами. Издали. Но в общем-то, нам не о чем говорить. Отсидка от звонка до звонка. Шесть, семь, восемь уроков... Обратная дорога домой. Заученная, за одиннадцать лет, до выбоин в асфальте. Время течёт медленно, вязко. Всё больше кажется, что оно густеет, как остывающий кисель. Мучнисто-розовый, почему-то. Липкий и совсем не сладкий. Тошнит уже.
Сумерки за окном. Половина девятого на часах. Раскрытая тетрадь на столе — не доделанная домашка. Валяюсь на кровати, подражая морской звезде, заняв столько места сколько позволяет моя тощая, костлявая тушка. Мобильник, удобно устроившись рядом, задорно подмигивает белёсо-голубым индикатором, ему плевать, что я гипнотизирую его последние пол часа. Скотина.
Хочу сделать хоть что-нибудь...
Хоть что-нибудь!
Ещё не совсем понимая зачем, тянусь за телефоном и набираю первый в списке номер. Андрей.
Долгие протяжные гудки: один, второй, третий... Не возьмёшь? Четвёртый, пятый... Давай же, красавчик, не ломайся. Шестой, седьмой...
— Соскучилась?
— Ага.
— Плохая девочка, — знакомый смешок на том конце "провода". — Так чего же изволит принцесса?
— Ммм... Хулиганить?.. — ловлю своё отражение в зеркальной дверце шкафа с удивлением отмечая до комичного довольную улыбку. Надо же...
— Это предложение?
— Прости, что без кольца.
— Ну хоть цветочки-то подаришь?
— Может быть обойдёмся пивом?
— С пивом много не нахулиганишь. Ладно, кажется, я понял. Диктуй адрес и собирайся, заскочу через пол часа. Вдвоём сходить с ума веселее... Я прав?
В точку.
***
Тусклое солнце в просветах между высотками. Покрытые инеем голые ветки старых тополей тянуться к небу искореженными пальцами. Редкие прохожие спешат по своим делам, оставляя на тонком белоснежном насте грязные следы. Ещё одно не по-осеннему холодное, дымчато-серое утро, ничем не примечательное в череде таких же, угрюмых и однообразных. Разве что...
— Чему ты улыбаешься? — я спрашиваю, потому что мне любопытно. Потому что твоя улыбка неуместна. Потому что вижу её слишком часто. Одну и ту же. Не то чтобы я хотела понять, влезть в душу, разобрать по костям. Нет. Просто... странно это. Всегда улыбаться.
— А ты как думаешь?
— Я не знаю, — пожимаю плечами, что толку гадать?
Чужая душа потёмки. Слишком много оттенков. Слишком много вариантов. И какой не выбери, скорей всего он будет ошибочным. Глупо и самонадеянно считать, что понимаешь кого-то лучше него самого.
— Тогда может быть сыграем? — склонив голову смотришь хитро — само обаяние. Тоже мне, мастер флирта! Но мне нравится та лёгкость, с которой мы общаемся, невзирая на "разницу полов". О чём бы мы ни говорили, я не чувствую дискомфорта. С другими парнями так не получается. Разве что Денис. Но это совсем другая история.
И о ней лучше не думать.
Не думать.
Тихая аллея. Пустынная, как и всегда в столь ранний час. Обледеневшие, укрытые за ночь тонким слоем инея скамейки. Две цепочки следов тянутся за нами причудливым шлейфом, как-то на удивление гармонично вписываясь в безжизненный пейзаж, огороженный от шоссе двумя рядами тополей, низким заборчиком с облупившейся краской и разросшимся вдоль него кустарником. Отступая от центра мощеной плиткой дороги, забираюсь на бордюр и раскинув руки ступаю по его узкой полосе, иногда приподнимаясь на цыпочки, чтобы удержаться, иногда просто пританцовывая. Невинная, детская шалость и на душе хорошо. Спокойно.
— Сыграть? — поворачиваюсь к тебе, нелепо взмахнув руками, удерживаясь на одной ноге, пытаюсь поймать ускользающее равновесие, — Во что? Или правильнее будет спросить "На что"?
— "Во что". В правду, — улыбаешься. В который раз.
Сколько можно?
— И как же в неё играть?
— Ты задаёшь вопрос — я отвечаю. Правду. Но в обмен ты отвечаешь на мой.
— Тоже правду... — не в силах сдержаться улыбаюсь в ответ. Забавно, — А если у меня много вопросов?
— Главное, чтобы их было равное количество. Как игра в пинг-понг. Пас мне, пас тебе...
— Так чему же ты улыбаешься?
— Ира, — укоризненный взгляд. Очень натуральный, кстати. И надо же, по имени назвал, а то всё "принцесса", да "принцесса", — Ты неправильно формулируешь. Но я подскажу. Нужно спросить "почему". "Почему ты улыбаешься?"
— Но мне это не интересно, — слишком просто. Знаем мы, все подобные истории по сути одинаковы: тяжёлое детство, железные игрушки... — Я не хочу знать причин. Но скажи для кого столько усилий? Для людей? Ты улыбаешься для них? Они тебе так нравятся? Или может быть для себя? Так легче? Проще? Думаешь, если постоянно улыбаться станет меньше вопросов? Будет легче жить? Ты, Андрей, похож на героя из мультика. Ты помнишь?..
Я сцепила руки за спиной и воодушевлённо, как первоклашка на утреннике, пропела:
— От улыбки станет всем светлей!
И слону и даже маленькой улитке!
Так пускай повсюду на земле,
Словно лампочки, включаются улыбки!
— Жизнеутверждающе, правда? — я с удовольствием глядела на слегка прифигевшего от моего внепланового концерта Андрея... — Я зануда, да?
— Да просто невозможная мозгоедка. Но... Я понял твой вопрос, — Андрей уселся на ближайшую лавку, лениво вытянув ноги, — Люди прирождённые лицемеры, ты так не считаешь? Они улыбаются тебе, отмалчиваются или откровенно врут. Иногда даже не замечая этого. Это как привычка, как... дышать. Настолько естественно, что не обращаешь внимания. Врут в серьёзных вещах и врут в мелочах, зачастую выдавая свою ложь за вежливость. Кто-то спросит "Тебе нравится синий цвет?" и большинство не задумываясь ответит "Нравится". Этот злощастный синий не вызывает отвращения, значит вроде бы и не враньё, а собеседнику приятно и не важно, что у тебя совершенно иные вкусы. Спустя пару минут, ты и не вспомнишь о разговоре. Это норма вещей, обычные будни, скучная повседневность. Лож без вреда.
Но так бывает далеко не всегда. Амбиции, жадность, страх... любые человеческие пороки сдобрены внушительной порцией лжи. Чтобы спасти свою шкуру, добиться, пробиться, заполучить. Можно оправдывать себя чем угодно, но в конечном счёте все люди — эгоисты, вруны и лицемеры. В большей или меньшей степени. Я не открою Америку, говоря, что для каждого из нас нет никого важнее себя любимого. Исключение — дети. И то, у меня на сей счёт своя теория. Впрочем, сейчас не о том.
Тебя когда-нибудь предавали? Знаешь, что самое отвратительное в предательстве? Раскаяние. Они подведут тебя под черту, а потом смотрят несчастными глазами побитой собаки. Мол, я знаю, я виноват, мне так жаль. Ты видишь, как я сожалею, как мне больно и стыдно, как мучает меня совесть? Они настырно крутятся у тебя под ногами, робко виляя хвостом, как будто это ты последняя жестокая сволочь, которая не может понять причин их поступков, не желает увидеть, что у них "не было выбора"! Один их вид скручивает до тошноты и хочется пнуть побольнее, так, чтобы затрещали рёбра, так, чтобы в этих заискивающих взглядах не осталось ничего кроме боли. Тебе хочется мести. Уничтожить, растоптать, стереть с лица земли. Эти твари не достойны большего.
Но в этом фарсе есть ещё одна сторона. Общество. Гуманное, понимающее, обвешенное состраданием и моральными принципами, как новогодняя ёлка нарядными игрушками. Оно всегда на стороне слабого. Ты никогда не замечала, что из двоих дерущихся толпа всегда встанет на защиту наиболее пострадавшего? Ах, человека покалечили! Ах, этот бугай, такой-сякой-нехороший, расквасил нос приличному человеку! Всем плевать кто, кому и из-за чего бьёт морду. Никто не станет разбираться, ведь мы же культурное общество! Можно же было по-человечески: поговорить, объяснить... Меня всегда забавляет этот факт. Представляешь:
— Молодой человек, как Вы могли изнасиловать мою девушку? Вы же понимаете, что это очень нехорошо? Ай-яй-яй, так нельзя.
— Пожалуйста, не предлагайте моему двенадцатилетнему брату наркотики. Неужели Вы не знаете, к каким ужасным последствиям это ведёт?
— Зачем Вы со своими друзьями избили моего друга? Я очень Вас прошу, не делайте так больше.
Это блядское общество, эти стадные твари. Я ненавижу их так сильно, что готов убить. Но переть против толпы — всё равно, что изображать коврик на пути обезумевшего табуна тупоголовых рогатокопытных. Нет, их нужно отстреливать по одному удобно устроившись в сторонке. Запастись боеприпасами и успеть прихватить с собой побольше. А для этого необходимо улыбаться. Понимаешь? Надо косить под своего, пусть и убогого. Улыбаться, пряча злость и отвращение. Улыбаться, потому что стадо не приемлет чужаков. Выдать себя раньше времени — значит, проиграть. А этого я не могу себе позволить...
Ты понимаешь?
— Да уж... — я уже давно устроилась на холодной скамейке и слушала Андрея едва ли не разинув рот.
Кто бы мог подумать, что у этого парня в голове столько тараканов? И хотя объяснил он вполне доходчиво, всё же его позиций мне не понять. Фатализм, максимализм — это не моё. Скулёж, жалобы, доведённое до абсурда презрение к обществу лично у меня вызывают разве что раздражение. Появляется чувство, что таким людям просто нечем заняться.
И все же, было ещё кое-что, что мне хотелось бы узнать:
— А как же Денис, Глеб, Пончик, да и я тоже?
— Исключения, да? — презрительная усмешка доходчивее всяких слов, — Ну, думал, есть одно. Забавно, знаешь, ошибся. Нету их, исключений. Каждый сам себе на уме... А знаешь, ведь мы с Дэнчиком на тебя поспорили. Окрутит рыжую тихоню — почёт ему и медаль на грудь, облажается — будет моим личным экскортом на бак-фэсте. Так, как? Все ещё считаешь, что они есть — исключения эти?
POV / Андрей
Момент истины. То, ради чего я попёрся развлекать тоскующую принцессу и всю ночь таскался с ней по барам, мужественно изображая благородного рыцаря, а теперь, в беспросветную рань, вынужден мёрзнуть в унылом парке, как тот злощастный, опущенный в ледяной прорубь волчий хвост из детской сказки. Глупая, кстати сказка, но оно и понятно — русская народная. Под самогон нашему брату и не такое в голову взбредёт...
Ну что, принцесса, не ожидала?
А я ведь намекал. Огораживал тонкую, рыжую душевную организацию. Надо было прислушиваться, а не ушами хлопать — обошлась бы малой кровью. Но теперь извини, у меня тут целая пачка счетов накопилась, а долги нужно возвращать, верно?
Смотрит на меня, как психиатр на душевнобольного с предрасположенностью к агрессии — снисходительно и настороженно одновременно. Почти физически чувствую её, разумеется безуспешные, потуги закосить под рентген и просканировать содержимое моей черепной коробушки. Дурачьё наивное. Радоваться должна, что подобные фокусы прерогатива Супермена, увиденное бы тебе ой, как не понравилось.
А ведь сейчас придётся убеждать, доказывать. Эта ведь так просто не поверит. Упрямая. Надеюсь, хоть слёзы-сопли по физиономии размазывать не станет. И что только не сделаешь для "верных" друзей.
— Я знаю.
Ну я же гово...
Минуточку. Что-то я не понял... Рекламную паузу, пожалуйста.
Это что же получается?
Походу, я подвис. То ли принцесса с Марса и логика у неё инопланетянская, то ли это я чего-то недопонял.
Что ж, будем подстраиваться. Легко. Ноу проблем, как говорится. Помнится, сейчас моя очередь вопросы задавать. Очень, между прочим, кстати. И ведь надо же, затеял представление для настроя. Думал, про Денисочку своего спросит... Ну да, не важно уже.
— Принцесса, ты меня удивляешь, — чего уж скрывать, все свои тут, типа, — Сделай милость, объясни соль комедии.
— Правду? — улыбается. Знакомо так улыбается, каждый день в зеркале вижу. Передразниваешь, милая?
Молодец, быстро учишься.
Вот только, тому ли?
— Разумеется.
— Выгода.
У меня сегодня день сюрпризов или что? Какая ещё нахрен выгода?! Неужели она думает, что сможет приручить Дэна? Понты? Нет, не то... Персональный телохранитель? Но это же тупость. От него проблем будет больше чем пользы... Какая, блять, тут может быть выгода?
— Принцесса, я чета не въезжаю.
Девочка явно замялась. Подбирает слова поприличней? Ну-ну, давай детка, не дрейф. Андрюша всё может понять. Хотя уже не уверен.
— Почему вы поспорили именно на меня? — Ирка говорила тихо и спокойно. Сцепив руки в замок, Принцесса задумчиво разглядывала покрасневшие на холоде пальцы, — Предполагаю, что из-за моего полного не соответствия вашему привычному окружению. Верно? Но посмотри на это с другой стороны. В мой круг интересов, вы так же не вписывались. Не из-за того, что мне это не нравится. Просто нельзя хотеть того, о чём не знаешь. А потом появляется Дэн и вся ваша браж-компания. Просто ходячий хаос! И неожиданно становится ясно, что кроме широкого и удобного шоссе, по которому ты всю жизнь размеренно двигалась соблюдая правила и не привышая скорости, есть ещё масса ответвлённых улиц и переулков. Можно свернуть и посмотреть. Только... Одной и без карты немного страшно.
— То есть, продолжая твою аналогию... Дэн — это GPRS со встроенной системой защиты? — я так прифигел, что даже челюсть забыла отвалиться.
От моего вопроса Принцесса явно стушевалась, но неожиданно расправила плечи и уставившись на меня чуть ли не с вызовом, чётко и внятно заявила:
— Можно сказать и так.
Порывшись в кармане, я выудил початую пачку сигарет и молча закурил. Обычно это помогает утрамбовать скопище даже самых трудноусваиваемых мыслей. И зачастую получше всяких психологов. Уж я-то знаю, поверьте.
Спустя пару минут сумбурных размышлений я вычленил три основных вопроса, которые определённо не вписывались в общую картину. Во-первых, с какого рожона она вообще согласилась с ним встречаться? Не уж то просчитала, пока Дэн чуть ли не силком волок её за школу? Бред чистой воды. Во-вторых, как давно рыжая знает о споре, и заодно откуда? Ну и в-третьих, что бы она там не лепетала о выгоде, а я практически уверен, что Дэн ей нравится. Так и где же тут правда?
Я уже собрался было вывалить всё это на Принцессу, но так и не успел. «Волшебное» утро откровений было бесцеремонно прервано настойчивым писком мобильника.
_____
Как вариант (во всяком случае когда писала, думала об этом) сделать звонок из больницы. Медсестра с Деновского мобильника набирает первый номер в его телевонном списке. Андрей. Сообщает что у парня черепно-мозговая (которую в итоге сведём к сотрясению), что он без сознания. Андрея клинит что он не может потерять ещё одного друга. От страха активно теряя тараканов о мести и пр. ерунде. Понимает что о мёртвых думать поздно, надо думать о живых... пока они ещё живы.
Короче Ира с Андреем несутся в больницу. Потом можно и Глеба с Пончиком подтянуть... Как говорится совместные проблемы сплачивают. Надо к развязке дело подводить.
В общем, что-то в этом ключе. Но ты сама смотри. Не понравится или может есть иные идеи - я всегда за, ты знаешь )
| | | |
|
| Black | Дата: Суббота, 28.01.2012, 21:07 | Сообщение # 174 |  Генералиссимус Группа: Друзья Сообщений: 1603 Награды: 3Репутация: 43Статус: Offline | ****
POV/Андрей
Кому там еще неймется? Не иначе как родственнички «любимые» опять решили поиграть в «крепкую и дружную семейку». Типа, беспокоятся… Типа, ждут… типа, любят.
Иллюзия семьи.
Слетевший с катушек отец…
Ритка, в роли покладистой мамаши…
И я… не пришей ничего никуда.
Ненавижу. Кто бы знал, как я все это ненавижу.
До колик.
Отвечать не хотелось. Все, что можно было сказать, я все равно не скажу, а строить из себя путёвого надоело. Тогда зачем? И я бы привычно проигнорил «сеанс связи», если бы не Принцесса.
- Решил не отвечать? - Рыжая чуть прищурившись смотрела на меня.
Осуждаешь? Тебе не понять, девочка, как гадко каждый день возвращаться туда, где все давно потонуло в замешанном на предательстве лицемерие. Тебе не понять, а объяснять я не буду. Это моя жизнь, мой тихий и уютный ад. Персональный. Посторонним, как говорится, строго на х*й.
Нехотя я извлек из кармана нудно пищащую игрушку. Артист из меня фиговый, а что поделаешь. Кто там меня хочет? Я весь ваш...
- Да
- Здравствуйте, - голос в трубке был незнакомым и до странности безликим.
Сухо и равнодушно мне поведали о находящемся в реанимации парне. Поступил с черепно-мозговой травмой несколько дней назад и до сих пор находится без сознания. Документы, как впрочем и деньги, отсутствуют в принципе, а вот телефон, как ни странно никого не вдохновил и прилагался к телу. И первый в списке контактов – я.
Твою ж дивизию и батальон в придачу…
Глеб?..
Ну а у кого еще мой номер может стоять «под номером один»?
Глеб…
Кольнуло.
Вот же дурак.
Внутри поднималась привычная волна раздражения. Привычная, но…
- Я сейчас приеду.
И гудки, гудки, гудки, монотонно бьющие по ушам.
Видимо, чтобы не передумал.
Куда же ты вляпался, чудило?
Глеб лез в драку редко, либо за компанию, дабы не бросать меня и Дена на произвол судьбы, либо «из принципа», когда цепляли его личные интересы. Второй вариант случался нечасто, ибо он, как никто другой, умел разруливать критические ситуации мирно, без помощи кулаков. В отличие от нас грешных, Глеб всегда был человеком разумным.
- Извини, Принцесса, но на сегодня все.
- Что-то случилось? – Рыжая нахмурилась.
- Не знаю пока. Но душещипательную беседу придется свернуть до лучших времен. Пойдем, я провожу тебя до транспорта.
- Да ладно, не потеряюсь.
- Обижаешь. Я, в конце концов, мужик или где?
Усмехнувшись, девчонка не спеша двинула вперед. Каблучки по асфальту цок-цок-цок… Подмерзшие листья шуршат, сминаемые стильными сапожками. Скоро зима… Ветер гнал по мутному небу грязно-ватные тучи. Кажется, этой осенью солнца не было совсем. Оно затерялось в клубящейся серой массе, бесконечной как сегодняшнее утро.
Звонок выбил из колеи. Как и год назад стало не по себе. Липкая волна притаившегося страха поднималась откуда-то изнутри, грозя затопить жалкие остатки разума.
Какого черта? Ведь исключений нет. Доказано. И Глеб ничем не отличается от окружающего быдла. Таскается за мной хвостом, слюни пускает… типа нужен я ему. Ненавижу. Ненавижу? Тогда какого ж рожна я тороплюсь в гребанную больницу?
Я вдруг почувствовал себя ужасно усталым. Проблемы сыпались как снег в январе, а решать их не было никаких сил. Ден с дурацким спором, Ритка со своей беременностью, Принцесса, капающая на мозг, а теперь еще и Глеб.
- Эй, - Рыжая настойчиво тянула меня за рукав, - ты вообще где?
- Мммм, - я с трудом выбирался из невеселых раздумий, - что?
Она решительно обошла меня и встала, перегородив дорогу.
- Давай рассказывай, что случилось
В двух словах я пересказал ей услышанное по телефону. Сухо. Без эмоций.
- А с чего ты решил, что это Глеб?
- Логика, Ир. Логика и ничего больше. Пончика только под дулом пистолета можно заставить влезть в драку, а Денис не тот человек, который свою башку под биту подставит. Значит, остается только Глеб. Мать его… Так что, прощай, Принцесса, труба зовет.
- Позвони мне потом, я буду волноваться.
- Угу, - буркнув себе под нос, я поплелся к дороге.
Надо же… «буду волноваться». Неужели на самом деле будет? Что-то отсохло, наверное, у меня внутри, что-то, отвечающее за эмоции и чувства.
До больницы недалеко. А на такси и совсем близко. Дядька за рулем ворчит всю дорогу. Что-то о дураках и жадных до денег ментах. Клянет последними словами зажравшуюся власть. Я не слушаю… откинувшись на мягкую спинку сиденья, думаю.
Странное же создание человек. Непродуманное и непоследовательное. Глеб. Сколько прошло с нашей последней встречи? Около недели где-то? Дикая волна неконтролируемой ненависти, взорвавшая мне мозг там, на стылом старом кладбище, поставила все недостающие точки. Удар за ударом, выплескивая всю злобу и отчаяние, разочарование и одиночество. Дикая ненависть со временем любого превращает в закоренелую сволочь. Уже превратила… кажется.
*****
В приемном покое людно. Врачи, пациенты, родственники. Яблоку упасть негде. Проталкиваюсь к справочной.
- Мне звонили по поводу парня без документов. Можно узнать в какой он палате?
- Да-да-да, - бабулька за стеклом нацепила на нос видавшие виды очёчки, - третий этаж, палата интенсивной терапии №2. Доктор Сафронова ждет вас в ординаторской.
Отлично.
Третий этаж, палата номер два. Ноги сами несли меня по ступенькам вверх и дальше, длинным белостенным коридором.
- Молодой человек! Халат! Бахилы! – неслось мне вслед.
В топку халат. В топку бахилы. И ординаторскую с ожидающей меня доктором Сафроновой тоже в топку. Почему-то сейчас найти ту самую палату попадает в категорию «важно». Важно и все тут… Потому что есть вещи важнее наших амбиций и тупых принципов. Потому что потерять еще одного из нас невыносимо. Даже Глеба… Особенно Глеба.
Распахнув дверь, оказываюсь в небольшом полутемном «предбаннике», где за большим, в пол стены, стеклом, и располагается нужная мне интенсивка.
Светлые стены… блики света на глянцевой поверхности.
Лампа под потолком… яркий, бьющий по глазам свет.
Человек на кровати… забинтованная голова, с проступившими на макушке пятнами засохшей крови.
И я останавливаюсь. И приваливаюсь спиной к стене, и выдыхаю.
Потому что человек на кровати не Глеб…
*****
POV/Глеб
Точка, точка, запятая….
Я стоял у окна и смотрел на сменившее ночь серое утро. Такое же серое и безрадостное, как мое состояние. Надо же, совпало, - усмехнувшись, я провел по слегка запотевшему стеклу. Подушечки пальцев впитывают в себя безразличный холод.
Неужели и правда – «точка»? То, что произошло на кладбище, не давало даже мизерного шанса думать иначе. Ты был весьма убедителен, Андрюш… Я потрогал чуть поджившую разбитую губу. Весьма…
Сам виноват? Да, наверное.
Я всегда знал, что когда-нибудь это дерьмо всплывет. Толик. Даже после смерти он продолжал крошить чужие жизни. Циничный сукин сын. Наш друг. И все же, вываливать на тебя всю правду о нем было не лучшим решением. Правда... она к сожалению, иногда слишком похожа на полный п*здец.
Виноват? Да…
Раскаиваюсь? Да…
Поступил бы также, если бы все повторилось?.. Да.
Да. Да. Да. Ложь не всегда спасенье, братишка. Пора становиться взрослым.
А помнишь, как все начиналось? Как чудили, держа в страхе всю округу, доводили до обморока соседей и были пределом мечтаний голопузой шантропы? Помнишь? Тогда, в детстве ты говорил, что наша дружба – это навсегда. И нет ничего в этой сучьей жизни, что могло бы разлучить пятерых отмороженных обормотов. Есть мир, а есть мы, и мы поставим этот мир на колени. Помнишь? Я криво усмехнулся и выбросил добитый до фильтра окурок в приоткрытую створку. А я помню. И что? Мир все еще цел, а дружба наша разлетелась как разбитое зеркало, оставив после себя кучу осколков, идти по которым больно.
Больно. Ты знаешь о боли не понаслышке, ведь правда?
Она как раковая опухоль. На ранней стадии ее еще возможно вылечить, а запустишь… позволишь ей разрастись, и она захватит тебя всего, до кончиков пальцев. И убьет в конце концов. Контрольным разхерачив мозги.
Как сказал кто-то умный:
«Есть то, что я никогда не забуду...
Но нет того, что бы я хотел помнить...
Есть тот, кого я никогда не захочу отпускать...
Но нет того, кто бы не захотел отпускать меня»...
Хорошо сказано. В точку.
Постояв еще немного у окна, решаю выбраться на улицу. Надо развеяться, разогнать буйствующих в голове тараканов. Да и к Пончику нужно зайти, договаривались вчера.
Сунув ноги в видавшие виды гриндерсы, а помятую пачку "Parliament " в карман, я вывалился из подъезда. Притихший после ночного развлекалова город встретил меня сонным равнодушием и весьма чувствительными порывами ветра. Поежившись, я завернул за угол и зашагал быстрее. Меж домов мелькнуло здание "горячо любимой" школы,чтоб ее...
Пора бы и туда заглянуть. За последнюю неделю я так там и не появился ни разу. Разбитой мордой светиться не хотелось, если честно. Класснуха прицепится, да и одноклассники загребут вопросами. Их хлебом не корми, дай пообсуждать, порыться в чужих траблах, будто бы свои от этого станут меньше. А еще пожалеть. Вот это я больше всего не люблю. Такое гадство… Но, как ни крути, а пора возвращаться в послушное стадо прилежных учеников. А то твоими стараниями, Андрюш, недолго и на второй год остаться.
За такими вот мыслями я дошел до городского парка. С утра пораньше это прибежище нудных бабулек и громкоголосой детворы покоилось в тишине. Через пару часов, словно по мановению волшебной палочки, парк оживет, наполнится голосами и смехом малышни, мамаши покатят по его узким дорожкам разноцветные коляски, а на резных деревянных скамейках начнут свои матчи заядлые пенсионеры-шахматисты и доминошники. Сейчас же парк спал, окутанный утренней безмятежностью. Редкие прохожие не спеша подходили к кованым воротам, чтобы исчезнуть в глубине любимой местным населением «зеленой зоне».
О… Я остановился, вглядываясь в спешащую впереди фигуру. Принцесса? Кутаясь в пушистый шарф, девушка свернула к остановке. Похоже, не одному мне не спится ранним воскресным утром.
- Ирина! – я приветливо улыбнулся: друзья моих друзей – мои друзья, - привет.
- Глеб?! – Рыжая остановилась и уставилась на меня так, будто бы я с Марса прилетел, - ты?!
- Ээээ… я.
Нет, блин, господь бог спустился с небес, ща начнет грехи отпускать. Впрочем, откуда они у нее? Грехи, в смысле...
- С тобой все в порядке? – хлопает глазами.
- Да, - морда только поджила, мозги набекрень, а так - все просто супер, лучше не бывает!
- Точно?
Да что, твою мать, происходит? Я что, сегодня как-то особенно нарядно выгляжу, что ли?
- Так, дорогая, либо ты доходчиво объясняешь мне причину твоего повышенного интереса, либо…
- Андрею позвонили, сказали, что ты в реанимации без сознания, - на одном дыхании выпалила Принцесса.
- Я?! – тут моя очередь пришла конкретно зависнуть.
- Да. Он поехал в больницу…
Кто? Андрей? Андрей поехал в больницу? Ко мне?!
Ущипните меня, ребята, и посильнее, ибо я, видимо, сплю...
- Давай в деталях, а то я туплю что-то…
Деталей оказалось немного. Парень без документов, черепно-мозговая травма, номер Андрея в телефоне… Не густо, но вполне достаточно, чтобы и я, и Рыжая пришли к одному и тому же выводу.
- Денис?!
*****
В автобусе тепло. Желающих «ходить в гости по утрам» мало, и мы с Принцессой оккупируем заднее сиденье. Вызваниваю Влада. Тот спросонья никак не въедет, что к чему и почему он с утра пораньше должен нестись куда-то сломя голову. Бубнит, что до пяти утра резался в «PW» и сейчас категорически не может оторвать голову от подушки.
- Ир, уши закрой, материться буду, долго и с чувством.
- Прямо здесь? – девчонка обвела взглядом автобус и, пожав плечами, продолжила - давай.
Влад у нас – мальчик понятливый. Особенно, если правильно слова подобрать. Что я и сделал, нисколько не стесняясь в выражениях. В результате решено было встретиться прямо в больнице и уже там сориентироваться, что называется, «на местности».
Немного подумав, я набрал Андрея. Телефон не отвечал. Не удивило. Всю последнюю неделю моим собеседником был голос, сообщающий, что абонент, мать его, временно недоступен. Ох уж мне это «временное». Оно имеет странное свойство перетекать в «постоянное».
Автобус медленно тянется, переползая от светофора до светофора. Разговаривать не хочется. Пинаем друг другу ни к чему не обязывающие фразы, и дружненько молчим о том, что беспокоит сейчас. Каждого – своё.
Глупый спор. Очередная попытка Дениса доказать всем, что он еще тот самец. Мужской петушизм, из серии «кто выше на стенку пописает». Постебаться над наивной девочкой, развести ее на эмоции – это должно было быть забавным. Не более. И что? Не так уж много времени прошло, но уже ясно, что вы влипли. Причем, оба. То, что Рыжая не устоит и потянется к Дену было ясно сразу. Новое и запретное всегда притягивает. А вот то, что наш орел будет относиться к ней по-особенному… это есть странно и явно не запланировано. И чем все закончится – непонятно. Но, если у этого обормота всё сложится – я буду рад. Потому что девчонка настоящая. Не понтовая, не «ванильная» и не зануда, как говорил Андрей в начале. Настоящая. И этим все сказано.
- Волнуешься? – я тронул ее за руку.
Хмурится.
- Нет.
Угу-угу, вижу.
- Плохая девочка....
Брови удивленно взлетают вверх.
- В смысле?
- Обманщица.
Отворачивается к окну, сосредоточенно воткнувшись в убогий пейзаж за стеклом. Типа, интересно до жути. Спряталась?
- Знаешь... Он на самом деле хороший парень, хоть и выглядит как расп*здяй.
Улыбается... тихо. Все также вглядываясь в проносящийся мимо город.
- Я знаю.
*****
POV/Андрей.
Ненавижу больницы.
Запах хлорки и какого-то специфического дерьма.
Запах боли, горя и безысходности.
Почему я не уехал? Ведь все, что нужно уже сделано. Фамилия, имя Дениса, его адрес, возраст - доктор Сафронова вытрясла из меня все и сразу. Выдоила и отпустила, заверив, что в принципе все не так уж страшно, организм молодой, здоровый. И беспокоится вроде как не о чем, и бла-бла-бла...
Какого ж черта я тогда сижу?
Пустые стаканчики из под купленного в больничной "забегаловке" кофе, выстроились стопочкой. Жалкая попытка взбодриться и привести в адекватное состояние мозг. Провал. Полный. От роящихся в голове мыслей кофе не спасет. Бессонная ночь, а теперь еще и день через *опу.
Время тянется медленно. Вязко.
Как клубничный кисель, которым поила меня в детстве... мама.
Где ты мое детство шалопутное? Мама? Дед? Толик? Кого еще я должен потерять, чтобы научиться противостоять жизни? Скольких? Иногда во сне я пытаюсь догнать кого-то. Я не вижу лица, но знаю, что это важно. Найти. Догнать. Вернуть. Прошлое? Себя? Хз... Прошлое - это прошлое. Не вернуть. Не повторить. Не забыть?
Я бросил взгляд на лежащего Дениса.
Волосы темные выбиваются из-под бинтов. Сбитые в кровь руки поверх одеяла.
Он все еще мой друг? Или я, как обычно, все талантливо про*бал?
Нверное, пора остановиться, перестать искать виноватых, отпустить прошлое и присмотреться к настоящему.
Глеб. Денис. Влад.
Может быть, все не так уж и плохо?..
*****
POV/Денис
Сознание возвращалось медленно, будто бы нехотя выталкивая меня на поверхность короткими рваными толчками. Монотонный сигнал противно бил по ушам, отдаваясь в голове тупой ноющей болью. Бледно-голубые стены, белый потолок, мерно пикающие приборы на тумбочке.
Больница. Здравствуй, песец, давно не виделись…
Память услужливо отматывает назад, возвращая к последним событиям. Ника. Рыжая. Драка. Выйду из больницы, найду тех м*даков и закатаю в асфальт. Дабы не портили мне теплый вечер.
Мда… Игра в Принцесс и Принцев, определенно, дорого мне обходится. Попытка усмехнуться обернулась полным провалом. Боль запульсировала в голове с удвоенной силой. Я закрыл глаза… Игра?.. Это на самом деле все еще игра? Фифти-фифти. Слишком все запуталось и понять, что из происходящего настоящее, почти невозможно.
- Напугали вы нас, - вздрагиваю от неожиданности.
Батеньки мои, да я тут не один, оказывается. Приоткрыв глаза, обнаруживаю прямо перед собой симпатичную медсестричку. Едва вмещаемые в халат сиськи замечательно компенсируют ее «хорошо за двадцать».
- Неужели я такой страшный? – неуклюже отшучиваюсь.
- Он еще шутит! Столько времени без сознания. Все отделение на уши поднял.
- Приятно, когда за тебя волнуется такая красивая девушка, - дежурный комплимент, но щеки медсестры залились ярким румянцем.
- Смотри, Принцесса, - откуда-то сбоку раздался знакомый голос, - и мотай на ус. Этот придурок всегда таким будет. Не успел глаза открыть, а уже девушек клеит. Кобелино неаполитано.
И дружный хохот. Повернуть голову - равносильно подвигу. Притаившаяся словно партизан в засаде боль забарабанила по вискам как из пулемета.
Они стояли в дверях. Все четверо. Запыхшийся Влад, Глеб, тоже почему-то со следами боевых сражений на лице, Андрюха с вечной ухмылочкой и... Ирина. Рин. Рыжая. Крутит пальцами выбившиеся из хвоста непослушные пряди. Девочка-ромашка. Неожиданно оказавшаяся девочкой с мозгами.
- Куда такой ордой? – медсестра на входе, что солдат на границе. Бережет «просторы Родины», хрен кто просочится. Знойная женщина, один словом.
- Больному нужен покой!
И точка. Обсуждению не подлежит. И уговорить ее невозможно. Никому. Никому, кроме Глеба, что он и делает, выторговывая для посещения целых 15 минут. Ну хоть так…
- Каким ветром тебя занесло сюда?
Стандартные вопросы, стандартные ответы.
Ирина стоит рядом с Андреем. Нам бы поговорить, но… не при пацанах же.
Отодвигаюсь на край, освобождая добрую половину кровати, куда Влад сразу же норовит пристроить объемную задницу.
- Да блин, не для тебя я место уступил. Рин, садись.
- О как. Этикет, е-мое, - усмехнулся Дрюша.
- Принц, бл*дь, - добавил Глеб.
- Слушай, там запятая или дефис? – Андрей толкнул друга в бок.
Новая волна хохота.
Вот же, черти! Лишь бы поржать. Смеюсь вместе со всеми, в меру скудных возможностей раздолбанного мозга. А что мне остается делать? Это – мои друзья, моя вечная головная боль, п*здец, который всегда рядом. Но я люблю их, обормотов… каждого по-своему...
- Так, не злите меня, мне негде прятать трупы.
Я не сержусь. Вообще. Но надо же показать, кто тут главный. На самом деле, не помню, когда последний раз я ТАК был рад их видеть. Сентиментально? Нет. Просто, когда жизнь ставит тебя в интересную позицию, начинаешь ценить какие-то мелочи, на которые раньше и внимания бы не обратил. И даже Андрей не особо напрягает. А уж если бы этот раздолбай заткнулся, вообще было бы отлично. Но это же нереально, так что пусть стебется… я привык.
- Отлично выглядишь, братишка, - други мои рассредоточились по палате, устроившись кто где, - кто ж тебя так приголубил-то?
- Фигня, выйду отсюда – поубиваю говнюков.
- Лежи уже, горе-убиВец, - Влад поправил сползшее одеяло.
- Разберусь, - иногда я бываю чертовски упрямым.
- Разберемся, - поправил Глеб.
- Угу, - кивнул Андрей.
- Ну… думаю, еще пара свободных коек тут имеется, - девчонка посмотрела на нас как на круглых идиотов и улыбнулась. Спасибо, дорогая! И тебе, как говорится, не хворать.
- Вот же барышни пошли, - ударился в рассуждения Глеб, - нет бы посочувствовать, приласкать, так сказать, измученное, немощное тело.
Ну, все, пошла копейка, фиг остановишь теперь.
- Ээээ, это у кого тут немощное тело? – с ходу включаюсь в этот дурдом, - вполне даже… мощное. Местами…))
*****
Десять дней спустя...
Больница достала меня по самое «не могу». Скучнейшее место, я вам скажу, серое. Из развлекалова только перевязки и уколы в «мягкие ткани». Из допинга – обезболивающие для вечно ноющей головы. Каменный век, одним словом. Замелькавшая на горизонте выписка ожидалась с энтузиазмом и грозилась перерасти в народное гулянье. Душа просила действия, а задница – приключений. Держись, «Верста», мы уже на подходе. А что? Я заслужил это.
Ребята забредали ко мне по мере возможности и хоть как-то скрашивали мое вынужденное безделье. Вот и сегодня, устроившись на постели, близлежащем стуле и широком подоконнике, мы расслаблялись, потягивая заботливо припасенное Глебом пиво. Обсуждали всякую хрень и слушали новую группу, «нагуглинную» Владом на просторах инета. Очередной закос под «LP». Жиденькая троечка. Постепенно свернули на любимую тему. Мотоциклы. Дрюша нудел, что до лета как до луны раком, а охота погонять где-нибудь на трассе, где скорость ограничена лишь твоими мозгами. И что весны еще ждать и ждать. И так достало меня его нытье, что, не выдержав, я сказал:
- Готовь мотоцикл и собирай манатки - летом поедем на байк-шоу... В Питер.
Все говорившие разом замолчали и уставились на меня, будто бы я выругался в Букингемском дворце. Напряжение, моментально возникшее в комнате, было таким ощутимым, что, казалось, его можно потрогать. Стало тихо-тихо, даже Влад перестал грызть любимые чипсы.
- Ну и где же слезы радости и победные вопли? Ты же этого хотел, Дрюш, разве нет?
Иногда за людьми наблюдать очень интересно. Еще две недели назад, он бы прыгал от счастья. И даже не от того, что поедет. Неа… Просто Андрей ненавидел проигрывать. Даже в мелочах. Он ходил бы с задранным носом и при каждом удобном случае тыкал бы меня этим спором. Две недели назад. А сейчас? Сейчас он растерянно чешет ухо, обдумывая, видимо, с чего это я такой добрый.
- А как же... Принцесса? - сверлит взглядом.
- Ну а что Принцесса? - я пожал плечами и, выдержав небольшую паузу, продолжил, - поедет с нами. Да, Ир?
- Фу, дурак, развел нас всех, - Глеб несильно пнул меня в бок, - я уж думал...
- А ты не думай, от этого тараканы в голове плодиться начинают. И вообще, мужики, давно мы всем колхозом никуда не выбирались. Может, все вместе махнем?
И загудели. Стали обсуждать, как лучше ехать, что брать с собой, и кто будет из старых знакомых. Заранее кляли вечные питерские дожди и вспоминали, у кого завалялись палатки.
Принцесса стояла и молча взирала на всю эту вакханалию. За это время она не сказала ни слова. Я взял ее за руку и острожно потянул к себе, усаживая рядом на подоконник. Маленькие пальчики легли в ладонь, да так там и остались. Странные ощущения. Непривычные. Наклонившись ближе, я спросил:
- Ты же поедешь со мной, да?
******
Сообщение отредактировал Black - Суббота, 28.01.2012, 21:29 | | | |
|
![Девчонки [2006] / Girl ...](/_pu/5/31751937.jpg)
