ПОДРОБНЕЕ о фильме Маскарад
ПОДРОБНЕЕ о фильме Вторжение динозавра
ПОДРОБНЕЕ о фильме Олдбой
ПОДРОБНЕЕ о фильме Шири
ПОДРОБНЕЕ о фильме Воспоминания об убийстве
ПОДРОБНЕЕ о фильме 38-я параллель
ПОДРОБНЕЕ о фильме Объединённая зона безопасности
ПОДРОБНЕЕ о фильме Национальная безопасность

 

"F****** вам, ублюдки!" Не те слова, которые вы бы ожидали услышать с королевских уст. Помимо короля –кому просто рассказали об отвратительной несправедливости, перенесённой одним из его подчинённых – не королём. В новой южнокорейской драме, охватывающей 17-ый век  Маскарад, на трон вступает обычный шут после правящего монарха, Кванхи, отравленного его врагами. Клоун точная копия Кванхи (их обоих играет потрясающе красивый мужчина Ли Бён Хон ), и его советники не могут публично упрекнуть его в развязности, чтобы секретный промах и хаос не разрушили королевство. Таки образом, время полного бардака наступает. Кроме того, что это означает,  по продажным судам Чосон, время истинных правил.

  Фильм Чу Чан-Мина был удостоин удвоенной критики и дурного глаза в общественности Южной Кореи, несмотря на это, фильмом были достигнуты потрясающие результатаы: 6 недель на вершине рейтинга; 76 миллионов долларов (48 миллионов фунтов) за этот срок (второй в 2012 году, после превосходного фильма  Воры); седьмой местный фильм, набравший 10 миллионов походов в кино, 15 из 22 возможных премий на Daejong Film Awards, премии, равной Оскару в стране. Новеллист бестселлеров Ли Ои-Сун заявил в  Twitter, что сюжет фильма основан на произведении Марка Твена «Принц и нищий» – мог бы даже иметь некоторую уместность с приближающимися выборами корейского президента в декабре: «Политики в особенности должны обратить внимание на это кино, и городские жители тоже должны обратить внимание на фильм, прежде, чем выбирать своего будущего президента». Но  Маскарад, с его дурацким, совестливым королём, другой прекрасный пример политическо-едкого комментария вкусам, которые так часто просачиваются в господствующую продукцию страны.

  Вторжение динозавра  Джун-Хо Бона - другой член корейского клуба кино с 10 миллионами с 2006 года, внешне похожий на имитацию голливудского фильма ужасов, но содержащий серию хитрых подколов для американского влияния в стране; например, это американский учёный, создавший химикаты, сотворяющие монстра, быстрого зубастика в реке Хан. Сложно видеть, что такой абразивный юмор превращает фильм в любую голливудскую копию,  но не вызывал никакого удивления у тех, кто видел предыдущую работу Бона 2003 года - Воспоминания об убийстве, применяющий те же забавные «подколы» к предмету стандартов военной диктатуры в Южной Корее в 1980-х годах.

  В  то время Бон как раз учился в университете, в части политического активного "386 поколения", которое боролось за демократию в стране. По 30-ым начало бить в 1990-е годы – в эру 386 микросхем, отсюда и имя – они также строили директивную промышленность, в то время как Южная Корея, под руководством конгломерата СМИ, которые быстро росли под свободным рынком, пристрастилась к американской развлекательной системе. Многие из них, включая Бона, режиссёра Олдбой Чхан-Ук Пака и Чже Гю-Кена (славнозвестный Шири) – были выпускниками факультетов режиссуры в столичных университетах в 1980-е, часто порождаемых клубов киношных знатоков; эстетов, не активистов, по убеждениям.

  Но кремнистая политизированная чувствительность осталась ниже глянцевой поверхности их более поздних работ, особенно в одержимом возвращении конфликта между севером и югом, ведя этим политику региона и жалобный тон о его психологической стоимости в фильмах рынка товаров массового производства, таких как Шири, «Silmido», 38-я параллель.

  Пак Чхан-Ук - интересная личность, потому что политика так мало показана в его работах  (по крайней мере после его дебютной Объединённая зона безопасности): никаких саркастических сторон или «взрывов» где угодно. Но, может быть, Олдбой может быть замечен как травмированная реакция на бурную послевоенную политическую жизнь Южной Кореи.  Очевидно, неразумное 15-тилетнее лишение свободы главного героя, показанное в начале фильма в серии переданных мероприятий по телевидению общественных мероприятий с 1988 года, первого полного года либеральной демократии, до 2003 – может быть замечена как метафора для своего рода коллективного одурачивания, или преднамеренная репрессия прошлых испытаний, в новой, неоновой, капиталистической корейской республике. Преднамеренное забвение: имя главного героя, О Тэ-Су, поскольку он пьяно умоляет полицию о пощаде в начале фильма, означает "однажды за один раз".

  Но где-либо ещё, подавляемое прошлое начинает проникать. Национальная безопасность, фильм о пытке активиста демократии  Ким Чжон-Тэ, выходит в Корее 22 ноября; около 90% фильма проходит в печально известной сеульской комнате допроса, где он был подвергнут пыткам на электрическом стуле. 26 лет - производители этого триллера о резне групп продемократии в Gwangju, в мае 1980 года, недавно объявили, что взнос корейцев в 450,000$  наконец позволил их производству успешно стартовать после бесплодного четырёхлетнего поиска инвестирования (премьера фильма состоится 29 ноября). Очевидно, одержимая местью идея фильма – её главные герои пытаются убить бывшего президента Чон Ду-Хвана, кто управлял страной с  1980 до 1988 и кто всё-ещё живёт в позоре в сеульском пригороде – считалась для власти слишком раздражительной.